Конкурс дневников приёмных семей

108. Ковалева Татьяна Васильевна: «Моя семья — Моя крепость», Республика Хакасия, Ширинский р-он, с.Черное Озеро

В последнее время можно часто встретить ребятишек с диагнозом ОВЗ. Но не каждому родителю сообщают подробную информацию о здоровье ребенка ввиду разных причин. Когда родители сталкиваются с проблемами в воспитании ребенка, то часто пугаются этих проблем, не знают, как поступать и в результате отказываются от детей – возвращают их назад в детские дома. Мне хотелось бы поделиться с читателем своим жизненным опытом. Я расскажу историю своей не большой, но дружной семьи.

Во время посещения детского дома познакомилась с одиннадцатилетней воспитанницей. Девочкой  оказалась смелой, добродушной, словоохотливой. Разговорились с ней. Она меня расспрашивала о цели моего прихода в детский дом. Я ей сообщила, что хотела бы взять в свою семью маленькую девочку, так как у меня уже есть небольшой сынишка. Было бы здорово, если бы они росли вместе – играли бы и дружили. Таня, так звали ту девочку, задумалась ненадолго и сказала, что у нее есть мечта – жить в семье, что не хочет она жить в детском доме. Во время беседы выяснилось, что у нее еще есть младший братик.                                                         

Я расспрашивала ее о друзьях, одноклассниках, школьных делах, о любимых занятиях. А она расспрашивала меня о моей семье, работе. Я ей сообщила, что воспитываю одна четверых детей, что у меня двое своих, а двое приемных ребятишек. Таня попросила меня взять их с братиком тоже к себе в семью. Я ей ответила, что не могу сразу дать ей ответ, что мне надо хорошо подумать, посоветоваться с  моими детьми и что мы должны совместно принять это ответственное решение. Расставаясь с Танюшкой, я видела надежду в ее глазах.

Возвращаясь, домой всю дорогу думала о Тане, о ее брате. Думала о детях, живущих в детском доме; о том, как им хочется душевного тепла, любви и чтобы заботились о них мама и папа, пусть хоть и неродные; о том, как им хочется принадлежать семье, пусть даже приемной.                                               

Дома меня с нетерпением ждали мои дети. Рассказала я им  о поездке в детский дом, поделилась своими впечатлениями. Так ходили мы, какое-то время со своими думками, молчали каждый о своем. А потом, как оказалось, мысли у нас были одинаковые, что каждый думал об этих детях, представлял их себе. И мы пришли к единому решению – надо детей принять в свою семью.

Второй раз я посетила детский дом уже с принятым решением забрать детей домой, конечно, с их согласия. Попросила директора детского дома пригласить детей в кабинет.                

Увидев меня, Таня очень обрадовалась, кинулась в объятия.

— Ну, здравствуй Танюшка! Я приехала к вам!- говорю я.

— Ты мама, приехала за нами?!

— Да, конечно!

— Я так   ждала тебя, боялась, что ты не приедешь за нами!- она уже в душе выбрала меня своей новой мамой. Танюшка позвала своего младшего братика знакомиться со мной. В кабинет вошел маленький, худенький, светловолосый мальчик, я на вид дала ему года четыре, ну пять от роду, а оказалось, ему было семь лет. Познакомила она нас — братика звали Димой.

— Хотел бы ты поехать жить к нам, Дима? — спросила я его.

— Не знаю, как Таня захочет, так и я.- ответил Дима.

В этот момент решилась наша судьба. С этой минуты  мы стали одной семьей. Но в этот раз соединиться нам еще не предстояло возможным. Детей мне не разрешили забрать домой, объяснили нам, что четверть учебную надо закончить, а уже после можно ехать. Попрощались мы с грустью до каникул, благо они скоро.

Ну, вот и настали каникулы, и опять я приехала  в детский дом за ребятишками.  Приехала с маленьким сыном в тот момент, когда воспитанники детского дома гуляли на улице. Когда мы зашли на двор, нас окружили дети, одетые в одинаковую камуфляжную форму. Я растерялась от того, на меня глядели десятки любопытных глаз и что маленькие солдатики все галдели и пытались потрогать меня и моего маленького сына руками. Дети выкрикивали слова приветствия, оказалось, что они знали обо мне,  знали, что я приехала за  Димой и Таней.

— Смотрите, смотрите, Димина мама приехала! – кричали они.

-Можно я покатаю Вашего малыша по двору!- попросил меня черноглазый мальчик, поглаживая мои руки, держащие ручку детской прогулочной коляски. Я ему разрешила, и он покатил моего сынишку. А остальные дети  обступили меня  и стали говорить о том, что они тоже хотят, чтобы их взяла к себе. Воспитательница быстро овладела ситуацией, и увела детей от меня подальше, извиняясь при этом. Душераздирающая, потрясающая сцена. В моей душе была полная сумятица. Я подошла к мальчику, катавшему моего сынишку, и хотела забрать у него малыша, а мальчик, заглядывая мне в глаза, просил забрать его тоже из детского дома к себе. Это надо было видеть и слышать! Меня охватили не передаваемые чувства, сердце мое сжалось.

По приезду домой, Таня и Дима познакомились с семьей, подружились с другими детьми и адаптировались. Дом наполнился шумом и смехом. Дети между собой сдружились, помогали друг другу в делах и играли вместе. Таня схватывала все на лету, помощница стала во всем, следила за собой, а вот у Димы ничего с этим не выходило. В быту был неряшлив  — постоянно были чумазые лицо и руки, одежду пачкал, рвал; все падало из рук и просыпалось, разливалось или разбивалось. Делал все торопливо, двигался всегда быстрым шагом или бегом. Мы все ворчали на него, а он при этом отпирался, дескать, не он это пролил или сломал, просыпал и оставил не прибранным. Дети спорили с ним, доказывали его вину, ругались. Убирать за ним приходилось часто всем членам семьи, меня и детей раздражало в основном, то, что он отпирался. Когда это происходило на наших глазах, приходилось ему убирать последствия самому. Убирал за собой он всегда неохотно, тихо ворчал, а делал торопливо и как попало. Мне приходилось переделывать за ним или убирать вместе с ним. Однажды, я проснулась ночью от того, что Дима плакал во сне и кричал – видимо приснился какой- то кошмарный сон. Я стала за ним наблюдать по ночам —  во сне он  ворочался, тело во сне не расслаблялось, мышцы были напряжены. Видимо страшно жилось мальчику и внутри утробы матери и после рождения тоже не сладко, раз попали в детский дом с сестрой, ведь родители биологические у них пьющие и лишены родительских прав. Вот когда я поняла, что это его такая особенность, что он в этом не виноват – он родился таким, виновата его биологическая мать- пила и курила во время беременности, а это отразилось на нем, тогда  я объяснила это детям и относиться стали мы к его особенностям спокойно,  с пониманием.

Стали они ходить в  нашу деревенскую школу. Танюшка училась хорошо, а вот у Димы были проблемы с учебой — он не мог усвоить программу первого класса из-за слабой кратковременной памяти. руки у него плохо держали предметы, руки были сведены судорогами, не развитой моторикой. Мышцы рук всегда были в напряжении и из-за этого – буквы корявые, плохо читаемые, недоведенные до конца, одним словом — дисграфия. Ребенок быстро утомлялся, внимание не устойчивое, отвлекался постоянно, неусидчив, был чрезвычайно болтлив, но на уроке на поставленные учителем вопросы ответить не мог – отмалчивался или говорил, что не знает. По окончании первого класса по решению педагогического совета, мой ребенок был оставлен на повторный год обучения. Я обращалась к врачам- специалистам: детскому неврологу, психологу, детскому психиатру, они назначали медикаментозное лечение, Лечебно-Физкультурный Комплекс, массажи. Начальную школу мы закончили с горем пополам – нас переводили из класса в класс с двойкой по русскому языку или по математике. Когда перешли в среднее звено школы, то окончательно засыпались двойками, тогда Дима был направлен в республиканский центр на ПМПК, созданная медика — педагогическая комиссия моему ребенку поставила диагноз и выдала направление на обучение в специальную коррекционную школу-интернат для детей с ОВЗ (V, VII, VIII вида). Возвращалась я домой печальная. Смешанные чувства были в душе. Страх за ребенка и жалость к нему охватывали меня. Как же он такой маленький, щупленький будет жить вдали от семьи, а вдруг будут обижать моего сына, ведь он не самостоятельный – его надо было постоянно направлять на какой то вид деятельности, контролировать его, не упускать из виду, то есть опекать  все время? Представляла сцену расставания с ним — жалко его отдавать туда! В нашем селе были на тот момент дети, которые уже обучались в коррекционной школе. Я и родители других детей с подобным диагнозом объединились в едином решении хлопотать об открытии коррекционного класса в нашей школе. Учителя прошли специальную подготовку для работы с детьми с ОВЗ. Класс коррекции для детей с ОВЗ открыли в нашей школе и наши детки стали обучаться в нем. Учащиеся этого класса в большинстве своем из приемных семей. Мы — родители и дети были рады несказанно, что не придется нам разлучаться, и мы сможем своим детям помогать учиться и жить! Детям, собранным в единый коррекционный класс стало учиться комфортнее среди себе подобных. Здесь им не нужно было опасаться быть осмеянными за неправильный ответ или коряво сделанную поделку Ребенок мой стал раскрываться, чувствовать себя более раскрепощено, и учеба пошла в гору, ведь программа обучения другая – адаптированная. Учителя говорили, что в обычном классе у некоторых детей с ОВЗ мы даже голоса то не слышали, а теперь не переслушаешь их рассказов, да и вопросами заваливают так, что только успевай отвечать! Одним словом дети становились личностями, и мой сын отвечать на уроках стал охотно, мог пошутить, шуткой рассмешить. Все дети с ОВЗ сами по себе добрые, отзывчивые на ласку, всегда готовы помочь учителю и друг другу. Атмосфера в таком классе доброжелательная, спокойная.  Дима приобрел друзей в этом классе и дружит с ними по сей день. Друзья его приходят к нам домой совершенно свободно и чувствуют у нас себя уютно, как дома.  Так и подошла незаметно пора выпускных экзаменов. Экзамены коррекционники все сдали успешно. Выпускники получили свидетельство об окончании школы. Есть у нас государственные профессиональные учебные заведения в республике для детей с ОВЗ, там обучают таких детей профессиям, не требующих сложных умственных операций. Мой приемный сын поступил в одно из них. В настоящее время профессионально обучатся там. Мой особенный сын менее нуждается в бытовой опеке, но ему необходимо постоянно напоминать, о чем – либо, давать наставления, сопровождать его в учебе и делах. У нас дружная семья, и мы ему помогаем во всем. Старшие дети уже все самостоятельные люди — окончили кто институты, кто колледжи, некоторые уже обзавелись своими семьями.  Сестры живут в городе, следят за его внешним видом, опекают его, потому что любят, потому что ответственные люди — такими мы их воспитали: я и их младшие сестры и братья. Ведь в большой семье всегда присутствуют забота друг о друге, взаимопомощь, взаимовыручка, терпимость, дружба, родственная привязанность (хотя дети не по крови братья и сестры) и любовь. Дети скучают друг о друге, если находятся в разлуке, созваниваются между собой, интересуются делами, чувствами, мыслями. Всегда звонят мне, охотно делятся всем. Сейчас моему сыну исполнилось двадцать лет, нам стало заметно, что он повзрослел. Стал  более спокойный, более уравновешенный, стал терпимее. К своим младшим братьям относится снисходительно, поучает их, помогает им налаживать велосипеды, шутит с ними, иногда играет с ними в подвижные игры. Старшим сестрам помогает водиться с детьми. Он любит своих племянников и они его. Дома тоже он помощник, какую работу посильную ему, попрошу его сделать — он сделает. Детям с ОВЗ не стоит давать сразу несколько заданий – ребенок запомнит только первое или последнее. Задание должно быть не сложное, посильное ему. Не стоит его сравнивать со здоровыми детьми, нужно постоянно помнить, что он особенный. Старшие дети надо мной, подтрунивают, когда звонят по телефону задают вопрос «Как там твой сыыыночка?» Это они так шутят, а сами все отлично понимают, что ему необходима опека, не смотря на его возраст, и принимают это. За это мы с сыыыночкой им очень благодарны. Любовь и доброта, забота и понимание, терпение и снисхождение должны войти в дом вместе с приемными детьми, а с детьми с ОВЗ особенно. Когда берешь на воспитание детей надо перестроить свое сознание и жить под девизом: « НЕ РЕБЕНОК ДЛЯ ТЕБЯ, А ТЫ ДЛЯ РЕБЕНКА!»  С легкой руки моих старших детей у нас в семье появились еще дети. Мы их приняли в небольшом возрасте, и старшие дети принимают участие в их жизни тоже. Среди них как же есть дети с ОВЗ. Опираясь на предыдущий опыт, мы надеемся вырастить и их добрыми, приспособленными к жизни людьми. Таким детям особенно необходима семья, ее поддержка. Я не хвалюсь, и не всегда у нас бывает все гладко, бывает и тяжко, бывает и больно. Мы всегда знаем и  помним, что мы друг у друга есть, что мы нужны друг другу, и что мы все невзгоды преодолеем вместе!

Оставить комментарий