Конкурс дневников приёмных семей

127. Иванова Елена Александровна: «Заметки самостоятельной мамы», Иркутская область, г. Усть-Илимск

Я мама двух замечательных детей.

Андрей – мой старший сын, ему 17 лет, усыновила я его новорождённым. Любящий и любимый сын, первый мамин помощник, замечательный брат и, в данный момент, уже серьёзный парень. Подростковый возраст, конечно же, дал о себе знать, испытали многое, было очень тяжело. Но, при поддержке знакомых, друзей, учителей в школе, мы всё это пережили. И сейчас могу с гордостью говорить: у сына много хороших друзей, нет вредных привычек, любит рисовать, петь, окончил музыкальную школу, лауреат и дипломант множества конкурсов по эстрадному вокалу. В настоящее время учится на мастера по обработке цифровой информации.

Аннушка – моя младшенькая дочь, ей 3 годика. Взяли мы её из Дома ребёнка чуть больше двух лет назад, оформили как приёмную семью. Наше любимое солнышко. Ласковая, нежная, трудолюбивая, всегда в хорошем настроении. Глядя на брата, тоже любит петь, особенно в микрофон. У неё уже есть небольшой опыт выступления на сцене в составе детского эстрадного хора. Анечка самая младшая участница хора, но от старших товарищей она не отстаёт.

Андрей к Аннушке относится очень трепетно и с большой любовью. Они вместе делают зарядку, гуляют на улице, читают книжки, поют, играют. И очень скучают друг без друга даже после небольшой разлуки.

Как у меня появилась мысль воспитывать приёмных детей?

Мечта моей молодости – быть многодетной мамой, родить не менее четырёх детей. Но по состоянию моего здоровья она оказалась несбыточной. Конечно, это большая трагедия для любой женщины. Ведь так хочется стать мамой!!! Я не представляла свою жизнь без детей. Даже моя работа, связанная с детьми, меня не успокаивала. У тех детей есть свои родители. И я решила взять малыша, у которого нет мамы, и обязательно новорождённого, чтобы прожить всё его развитие вместе с ним. Через три месяца после этого решения у меня «родился» сын.

Когда Андрею исполнилось пять лет, он заявил, что хочет сестрёнку. С тех самых пор его мечта преследовала и меня. В глубине души я хотела дочку, но останавливало то, что сложно воспитать и поднять одного ребенка даже в полной семье, а я была одна. Но всё-таки пришло время стать второй раз мамой, спустя тринадцать лет. После очередного разговора со своей знакомой на эту тему у меня в голове закралась мысль, что, если я сейчас не возьму дочку, то это уже никогда не произойдёт.  Я решилась на этот шаг и ни разу об этом не пожалела! 

Одинокая тоже может стать приёмной мамой

Так сложилась жизненная ситуация, что моя семья, как говорят в современном обществе, неполная. Поэтому с появлением первенца меня постоянно сопровождает странное словосочетание — мать-одиночка… Одинокая мама… А мне больше нравится — самостоятельная мама!         

Конечно, воспитывать ребенка одной нелегко. Но стать мамой – это такое счастье! Я больше не одна! Вот он — маленький, курносый, любимый человечек всегда рядом со мной. Жизнь изменилась полностью, конечно же, в лучшую сторону и стала наполнена смыслом… С рождением моего сына Андрюшки родилась новая семья. Радовались этому событию мои мама и папа, соседи, подруги, коллеги и даже кот Ральд, который в воспитании Андрея тоже принимал участие. Мы были самой счастливой семьёй! Пусть и состояла она из двух, а не из трёх человек. Главное ведь не количество, а качество.

А вскоре пришло время, когда счастье моё удвоилось, — я стала второй раз мамой. А это уже совсем другое непередаваемое ощущение.

Оформление документов

Препятствий с оформлением документов не было ни при усыновлении старшего сына, ни при оформлении опеки над младшенькой.

Единственное, что Андрея мне пришлось, как сейчас говорит сын, «рожать» в течение трёх недель, то есть рассказывать и доказывать в отделе опеки, что у меня серьёзные намерения и добрые побуждения. Эти процедуры не особенно приятны, но необходимы. Конечно же, я тогда этого не понимала и меня очень возмущало, что у малыша есть дом, где его очень ждут и уже любят, а мне его не отдают, и он лежит в больнице без маминого внимания, без общения. А сотрудники опеки всё это время выясняли, в какие «руки» будет передан ребёнок, можно ли мне его доверять: они беседовали с заведующей детским садом, где я работала, с моими соседями, и даже с моими родителями, хоть я уже была вполне самостоятельным человеком: мне — 32 года, своя квартира, работа в ведомственном саду с хорошей зарплатой.

С оформлением документов на Аннушку было легче. Доказывать мне уже ничего не надо было. Нашу семью знают в опеке с положительной стороны. По этой же причине мне не пришлось проходить Школу приёмных родителей. Сотрудники опеки приняли нас очень хорошо, помогали в оформлении и сборе документов.

 

Как выбрать ребенка, ведь это не игрушка в магазине?

У меня в обоих случаях возникало очень неприятное ощущение, когда я задумывалась над вопросом: как я буду выбирать ребёнка? Ведь это не товар в магазине, не игрушка, а маленький беспомощный человечек. Но мне повезло, я детей не выбирала. Честное слово, они оба мне даны Богом!

Уж так сложилось, что я хорошо разгадываю свои сны. И вот очередной такой сон мне подсказал, что именно сегодня родится мой Андрюшка. Утром я проснулась в приподнятом настроении. На работу летела на крыльях счастья, чтобы сообщить эту новость своей подруге, будущей крёстной моего сына. Она выслушала меня и, не доверяя моим «бредням», предложила успокоиться  и идти работать. Этот день для меня был не просто необычным, а сказочным. Яожидала чуда. На работе в руках всё кипело. И вот через три дня мне становится известно о том, что именно в тот день родился мальчик, от которого отказалась его биологическая мать. Это был мой сын Андрей! Ура! Я стала мамой! А сон оказался в руку!

Андрей мне дал знать о своём появлении через сон, а вот Анютка о своём существовании нам сообщила современным способом — через интернет.

После принятия решения на семейном совете о том, что скоро нас будет трое, мы с Андреем сели за интернет выбирать мне дочку, а ему сестру. И вот самая первая фотография – маленькая крошечка с большими щёчками, красивыми глазками и очень похожая на моего маленького Андрюшку. Это просто удивительное сходство! На следующий день с этой фотографией мы появились в нашей опеке. Они, дозвонившись до области, выяснили, что у этой девчушки здоровье оставляет желать лучшего…. Мы очень расстроились, эта лапочка пришлась нам по душе. Мысли о ней не покидали нас. Если взять её с этими диагнозами… Нет, я не испугалась диагнозов, просто с Андреем мне пришлось пережить  шесть операций, но тогда я была моложе, были рядом мои родители. А сейчас справлюсь ли я одна, с двумя детьми?

Наш инспектор из опеки предложила не торопиться с выбором, а дождаться, когда будут готовы документы для оформления ребёнка. И вот настал долгожданный день, когда мы с сыном поехали в областную опеку. Нам предложили семь девочек разного возраста. И наш выбор пал на самую маленькую девчушку (ей было в тот момент 1 год и 2 месяца), она находилась в специализированном Доме ребёнка. Когда мы ее увидели, поняли, что свершилось настоящее чудо! Это была та самая малышка, похожая на Андрея – наша Анечка! Это не просто совпадение, это судьба!

 

Первая встреча

Наша первая встреча с сыном произошла чудесным сентябрьским днём 1998 года в роддоме. Ему было всего лишь четыре дня. Я очень хорошо помню первый его взгляд. Маленький, курносый человечек, лежал на столе в окружении взрослых: главврач роддома и педиатр знакомили меня со здоровьем сына. Он в это время поворачивал свои умные глазки за нашими голосами. Посмотрев на меня, Андрюшка сморщил лоб, сладко зевнул, закрыл глазёнки и спокойно уснул, как будто знал, что у него теперь будет всё хорошо.

Первая встреча с Анюткой  у нас прошла в Доме ребёнка. Когда мы пришли с ней знакомиться, был сончас и Анечка ещё спала. Через некоторое время нянечка вынесла её на руках из спальни со словами: «Ну, вот, Анна, у тебя снова праздник» (как позже выяснилось, у Ани до нас было семь семейных пар кандидатами в опекуны, и каждый из них приходили с ней знакомиться).  Малышка ещё не успела проснуться, но уже улыбалась всем присутствующим своей очаровательной улыбкой. Я её поманила к себе на руки, и она, готовая к общению, сразу потянулась ко мне. А Андрей крутился вокруг нас, тоже хотел взять её на руки, пообщаться с ней. Я сына долго не томила. Какое счастье было на его лице, когда он взял малышку на руки и крепко обнял. «Мама, всё, мы её забираем, это наша Анечка!» Они оба были счастливы! Да и я, конечно, тоже была счастлива, глядя на моих детей.

 

Ревность старшего ребенка

Все шаги, связанные с выбором дочки и сестрёнки, конечно же, мы прошли вместе с сыном. И вот я во второй раз стала мамой, а мой сын в первый раз в жизни стал братом!

Некоторые близкие нам люди очень переживали, что при появлении в нашей семье ещё одного ребёнка Андрей будет ревновать и проблемы подросткового возраста у него ещё более обострятся. Но меня это не тревожило, потому что я была уверена, что Андрей станет замечательным братом, и я не ошиблась.

И вот нас трое! Домой мы возвращались на поезде целые сутки. Я переживала, как наша Аня перенесёт свою первую в жизни поездку в незнакомой обстановке, с незнакомыми людьми. Но она была спокойная, не волновалась, не капризничала. А Андрей сразу проявил себя как старший брат. Всю дорогу он не спускал глаз со своей сестрёнки: кормил её, играл, укладывал спать и даже менял подгузники. В моего сына вселилось счастье! И это счастье в нём живёт до сих пор, вот уже более двух лет: он каждый день, глядя на Анютку, с большим умилением говорит: «Мама, какая она у нас миленькая! Как я её люблю!» А ещё он принял решение, что когда женится, у него будет двое кровных детей и обязательно двое приёмных.

Ревности к Аннушке со стороны сына не было ни разу. Почему? Может быть, возраст у Андрея такой, что он всё понимает правильно. А может быть, я, как мама, не даю повода для ревности.

 

Условия в Доме ребенка хорошие, но…

Моему Андрею повезло, что он ни одного дня не был в Доме ребёнка, и с самого рождения в него закладывалось семейное воспитание. А вот Аннушке пришлось пройти первые несколько месяцев через детскую больницу, а затем Дом ребёнка. И это сказалось на её развитии и поведении.

Я не хочу ничего плохого сказать про Дом ребёнка, в котором находилась Аня. Внешние условия замечательные, везде идеальная чистота и порядок, множество игрушек стоят аккуратно на полочках. Глядя на это, я засомневалась, играют ли дети ими? За те три часа, в течение которых мы знакомились с Анюткой, мы познакомились и со скучной детдомовской жизнью малышей.

В группе находилось двенадцать ребятишек до полутора лет. В этом небольшом возрастном промежутке режим дня очень разный. Поэтому обслуживающему персоналу особенно некогда общаться с детьми, они только успевают кормить, укладывать спать или, наоборот, поднимать со сна, переодевать. Вот такая круговерть у них целыми днями, без эмоций, без улыбок, все действия выполняют автоматически. А дети самостоятельно «развиваются»: кто-то учится переворачиваться с животика на спинку, кто-то присаживаться или вставать на ножки. Всё, чему они научились, это их личное достижение. Самые маленькие лежат в высоком манеже. Им заводят музыкальную «карусельку», вставляют пустышку и забывают про них до следующего режимного момента, хоть заплачься. Мы с Андреем (а не сотрудники Дома ребёнка) не один раз подходили к ним, успокаивали, гладили, давали пустышку, разговаривали. Это очень нас затронуло. Дети постарше находятся в ходунках или в большом манеже на полу и тоже проявляют полную самостоятельность.

Да, конечно, в такой системе дети развиваются медленнее. Вот и наша Анна в год и два месяца выглядела как девятимесячный ребёнок, а кое-что в развитии было даже  на уровне шести месяцев. А сколько вредных привычек мы обнаружили уже дома! Раскачивалась, сидя на полу, постоянно с открытым ртом и высунутым языком, сосала палец, билась головой об пол или стенку, без причины кричала громким голосом, не умела жевать (там её кормили только из бутылочки), не умела ходить, в кроватке спала беспокойно, постоянно крутилась так, что всё постельное бельё оказывалось под ней. Всего боялась: кубиков, живую кошку, купание даже в маленьком тазике у неё вызывало истерику, так же реагировала на врачей в поликлинике, на красивых кукол в магазине. Столько привычек всего лишь за год пребывания в Доме ребёнка! А что с детьми, которые там находятся дольше?

Было очень трудно и ей, и нам. Шла адаптация. На избавление от любой привычки уходит много времени. А здесь их столько! Отучали не от всего сразу, а по очереди, постепенно. Не ругали ни в коем случае, только объясняли. Но это тоже было очень тяжело, Анна не понимала, о чём мы ей говорим. Единственное, что она хорошо воспринимала, это музыку и песни. Вот мы с сыном и старались: благо, что у обоих музыкальное образование. Постепенно уходили привычки, Анна догнала своих сверстников и в физическом, и в психическом развитии. С учёта у невролога Анечку сняли через полгода, врач очень удивилась, потому что на первом приёме, познакомившись с диагнозами, она меня спросила: «Вы знаете, кого Вы взяли?» Последняя диспансеризация показала, что Анютка здорова. Все диагнозы сняты. А здесь удивилась педиатр.

Но страх на всё незнакомое у Анны ещё остался. Думаю, что и с этим мы справимся.

 

Тайна усыновления

Массу усилий приёмные родители прикладывают к тому, чтобы окружающие «не догадались», что ребёнок в семье не родной. Некоторые даже меняют место жительства. Но шила в мешке не утаишь. Обязательно в любом месте найдётся человек, который знает эту тайну.

1998 год, декабрь. Моему Андрюшке 3 месяца. Мне совершенно случайно на глаза попалась маленькая по объему, но очень полезная брошюрка про усыновленных детей. Я познакомилась с несколькими историями, где дети узнавали от посторонних людей, что их настоящие родители – другие люди. Это был большой стресс: самые близкие люди их всю жизнь обманывали; они тяжело это переносили, вплоть до суицида, убегали из дома, больше не верили своим приёмным родителям. Тогда я решила, что своего сына обманывать не буду, и придёт время, когда я ему расскажу правду. Расскажу сама. Главное успеть, чтобы не опередил какой-нибудь «доброжелатель». А такой у нас был, и совсем рядом. Моя старшая сестра старалась настойчиво мне в этом «помочь». Приезжая к нам каждый год в гости, очень настаивала, чтобы я Андрею это непременно рассказала. Но я ждала определенного момента, когда моё сердце подскажет, что Андрею пора всё узнать. А пока он слушал мои лирические сказки (сама сочиняла сюжеты) о зверятах, которых бросила и потеряла их мама, как им помогала дальше жить приёмная мама. Обращала его внимание на сказки  и мультфильмы по телевизору с таким же сюжетом, а когда Андрей стал постарше, привлекала его внимание к передачам и фильмам про детские дома. А в семь лет сын мне задал вопрос: «Мама, почему ты мне всегда рассказываешь о детском доме, ты меня оттуда взяла?»  «Нет, Андрей, я даю тебе слово, что в детдоме ты не был ни одного дня». И это была правда. Когда у сына возникал очередной вопрос, затрагивающий его судьбу, и на который я еще не могла ответить конкретно, то я отвечала: «У нас есть семейная тайна. Когда ты подрастёшь и сможешь меня понять, я обязательно тебе её открою!»

Когда Андрею было 12 лет, у меня состоялся серьёзный разговор с психологом о том, в каком возрасте лучше рассказать правду. Она мне посоветовала, что именно сейчас это необходимо сделать. И я, полная решимости, направилась домой, к сыну. «Андрюшка, давай поговорим». Сын быстро уселся около меня. Для него это не удивительно, мы постоянно с ним разговаривали, доверяя друг другу все свои тайны. «Андрей, пришло время раскрыть тебе семейную тайну». Андрюшка заинтересовался, но и одновременно немного напрягся.  И вот сквозь слёзы я начала рассказывать. «Мам, не плачь, успокойся, – вытирал мне слёзы своими нежными ручонками сын, обнимая меня. И так, крепко прижавшись ко мне, выслушал мой рассказ о его биологической маме. Про его родственников я ничего плохого не говорила, а наоборот, предложила познакомиться с ними, если, конечно, он захочет. Вытирая мне слёзы, Андрей начал плакать сам. Вскоре он успокоился, но это спокойствие было только внешним. Сын сел в уголок дивана, поджав под себя ноги, и задумался. В этот момент его рядом со мной не было, он был где-то далеко наедине со своими мыслями. Я ненадолго оставила его в покое. Но знала, что сейчас самое главное не дать ему замкнуться в себе. Собралась с мыслями и начала его выводить на откровенный разговор. Выяснилось, что он готов к знакомству с сестрой, папой и дядей. Но встреча до сих пор так и не состоялась. Однажды Андрей сказал, что его настоящая мама — это я, а биологических родственников он не воспринимает как родных.

На следующий день сын с большим удовольствием рассказал об этом событии своим друзьям и одноклассникам.

Аннушке мы тоже обязательно расскажем о её корнях, как только придёт «то самое время». Думаю, что в этом мне обязательно поможет сын со своим личным опытом усыновлённого ребёнка.

Надо сказать, я никогда не скрывала и не скрываю от окружающих людей, что Андрей и Анна мои приёмные дети. Город наш маленький, поэтому скрывать нет смысла.

А в заключение хочется обратиться к тем, кто думает принять в семью малыша. Да, вы потеряете покой… Да, вы потеряете свободу… Да, не всегда будет легко… Но в замен вы обретёте самое бесценное – искреннюю любовь Вашего ребёнка.

Решайтесь, не бойтесь воспитывать детей, даже если Вы самостоятельная мама! 

иванова фото.JPG

Оставить комментарий