3. МАМА: «Девять лучиков моего солнца», г. Иркутск

Ты тихо в кроватке лежишь,
Такой одинокий, ненужный,
И преданный самой родной,
И близкой на свете мамой.
Меня ты совсем не ждешь, и нет уже
надежды,
Но я иду, мой сынок, я близко, совсем уже
рядом, и стану тебе родной и самой
близкой на свете.
Теперь ты, мой сынок,
самый, самый, лучший на свете.

 

Я  хочу начать свою историю  о том, как я стала счастливой  мамой. Меня зовут Олеся, мне 37 лет, работаю специалистом по кадрам.  Мой  муж Сергей, 38 лет, геофизик и наши девять детей, но начнем с предыстории.

2002 год…. я студентка юридического факультета,  мне 22 года, я молодая, амбициозная,  мечтала стать известным юристом и уж точно в ближайшие лет пять не собиралась становиться матерью, тем более приемной, но судьба распорядилась иначе….

В нашей семье случилась трагедия: в автокатастрофе погибает моя тетя, в семье которой воспитывался сын моего двоюродного брата. Так я стала приемной мамой своего 11-и  летнего  племянника, ребенка с очень сложной судьбой. Гриша за свою недолгую жизнь сначала пережил предательство собственной матери, которая просто вычеркнула его из своей жизни, как ненужную вещь, затем смерть моей тети, которую он искренне полюбил и считал мамой.  Я никогда не забуду глаза Гриши на похоронах моей тети, в них было столько боли и утраты и немой вопрос: «Почему»?

Пролетело еще три года. Я окончила институт, поступила на заочное отделение,  чтобы получить второе высшее образование. Гриша  понемногу возвращался к жизни —  учился в школе,  занимался в различных секциях. В  нашей жизни было всякое —  и нехватка денег и подростковые проблемы. Но жизнь шла  своей чередой, ставя все на свои места. В   2005 году мы познакомились с моим будущим мужем и в этом же году мы поженились.

Так пролетело еще пять лет. Казалось, что в нашей жизни вроде бы все есть: мы с Сергеем работали, Гриша уже студент института МВД, купили квартиру. Но было одно «но»  —  у нас не было детей.

И вот  в декабре  2010 года мы стали родителями! Я как сейчас помню этот момент, когда впервые взяла на руки своего сыночка, мое маленькое рыжее чудо с огромными голубыми глазами. Столько чувств одновременно я  не  испытывала никогда: радость, страх потерять, слезы, бесконечную нежность и осознание того, что ты мама. Голова кружилась и теперь я точно знала, что никто и никогда,   никакие силы и обстоятельства не смогут меня разлучить с моим ребенком.  Наш маленький Глебушка родился слабеньким,   но мы  всё преодолели. Мой маленький моторчик,  такой шустрый маленький мамин зайчик, пошел в детский сад, я вышла на работу.

Так мы и жили в своем маленьком и таком счастливом мире. Радовались  успехам  Григория, который вырос настоящим мужчиной. Несмотря на все то,  что ему пришлось пережить, Гриша вырос  честным, отзывчивым, в нем нет  злобы и ненависти. Как же я горжусь тобой, мой мальчик!

Как-то случайно мы с Сергеем  неожиданно друг для друга завели разговор о детях. Я так несмело предложила мужу взять ребенка из приюта, на что Сергей сказал, что он давно мечтает о том, чтобы у нашего сына была сестренка. Решение было принято мгновенно, мы начали сбор документов. Мы решили, что будем  удочерять  здоровую  девочку в возрасте до года. Начался долгий период сбора необходимых документов…. Наконец документы собраны, получено  заключение органов опеки о возможности быть усыновителями. Мы  начали поиск своей девочки.

Как-то в очередной раз я решила зайти в опеку и специалист показала мне фотографию Влады. Девочка  была не новорожденная, на тот момент ей было три года и, как оказалось, Влада с кучей диагнозов.  В тот же день мы с мужем поехали знакомиться с ребенком. Даже сейчас я со слезами вспоминаю нашу первую встречу. Сначала в доме ребенка с нами общался доктор, озвучивая один за одним диагнозы ребенка: ДЦП, проблемы со зрением, грубая задержка речевого развития, и еще множество  разных проблем со здоровьем. Затем к нам вывели плохо передвигающуюся  крохотную девочку с необыкновенно взрослыми  грустными глазами. После общения с ребенком мы с мужем сели в машину и просто долго молча плакали…. Тишину прервал Сергей: «Ну как тебе наша дочь, правда, у неё глаза как у тебя»?

На следующий день мы подписали  согласие на нашу девочку и пока решили оформить опеку. Еще около месяца мы посещали Владу в доме ребенка и с каждой новой встречей расставания становились все мучительней.

 В конце марта  2013 года мы забрали  Владу домой. Первый день дома оказался не простым: наша девочка просто истерикой отреагировала на кота, вечером с детского сада вернулся Глеб — тут же началась  дележка мамы. Но это все  такие пустяки, зато мы вместе!

Упущу длинный  рассказ о борьбе за здоровье нашей малышки, бесконечные хождения по врачам, и вердикты  тех же врачей: «А что вы хотели, у девочки мать — наркоманка»?, «Зачем вам такой ребенок»?, «Нормальные люди отказываются от своих детей с таким диагнозом»!, «Вы же всю свою жизнь будете таскаться с этим овощем»! Я  уже не говорю о непонимающих, вроде даже сочувствующих людях из нашего окружения. В  тот момент я поняла, только мы — семья, верим, что все будет хорошо. Наша дочь будет говорить, ходить, и обязательно пойдет в школу!

Наша девочка пошла в детский сад, теперь уже ходит  в школу. Да, Влада  не может бегать как здоровые дети, с трудом держит  ручку и карандаш. Зато моя дочь открытая, добрая, умеющая любить, веселая хохотушка.

В  2016 году мы удочерили  Владу. Спустя почти пять лет  с первой встречи мы с мужем даже не можем  допустить мысли  о том, что в нашей жизни не было бы нашей принцессы. Мы  просто любим и принимаем нашу дочь такой, какая она есть!

После удочерения Влады мы с мужем стали  чаще говорить о приемных детях. В  феврале 2015 года аист снова постучал в нашу  дверь —  так у нас появилась 4 летняя Лиза. В доме ребенка нам сказали, что у Лизы  умеренная умственная отсталость и далее полный набор диагнозов вследствие ранних преждевременных родов. Девочка не говорила, только мычала и свои 4 года была похожа на 2-х летнего ребенка. Адаптация в нашей семье у Лизоньки прошла легко, она как — будто жила с нами всегда! Лиза быстро навела свой  прядок в размеренной жизни Глеба и Влады, сломав все игрушки,  какие возможно.

Вновь начались бесконечные хождения по врачам, попытки доказать, что мой ребенок  не опасен и может посещать детский сад, но теперь-то я точно знала, что у нас все получится. Диагноз Лизы удалось изменить с умеренной умственной отсталости на легкую. Занятия с логопедом и дефектологом тоже дали свои плоды. Лизонька ходит в детский сад, говорит без остановки. Наша красотка, блондинка  с голубыми глазами, с открытым и любящим  сердцем  Лизавета может громко закричать, либо не в такт засмеяться,  но мнение непонимающего общества мне больше неважно. Рядом со своими детьми я иду с гордо поднятой  головой!

В том же 2015 году наша семья еще увеличилась — мы взяли под опеку двух братьев Диму 9-и лет и Леню 7-и лет. Инвалидностей у мальчишек не было, но было множество диагнозов и  проблем психологического плана. Дима  помнил,  как папа убивал маму -отсюда и ночной и дневной энурез,  беспричинные слезы. Леонид вообще постоянно рыдал на любое малейшее замечание. Дальше — адаптация и  испытание всей нашей семьи. Первым делом мальчишки сломали всю технику, которую только смогли, было воровство, и еще много всего.

Далее мальчишки пошли в школу. В интернате, из которого мы их взяли, они учились в коррекционных  кассах,  дети были не глупые, просто запущенные. Мы с мужем решили отправить их в обычные общеобразовательные классы. При подачи документов в школу я немного слукавила — не предоставила заключение ПМПК и характеристики с интерната. Далее были бесконечные репетиторы, занятие с психологом, посещения  врачей…

Прошло почти три года, теперь  наши  мальчишки это абсолютно другие дети. Дима неплохо учится, участвует во всех мероприятиях школы, ходит в художественную школу, добрый, отзывчивый, мечтает стать шеф поваром. Леня — это настоящая творческая личность, необыкновенно хорошо рисует, очень тонко все чувствует, добрый и нежный. Я очень  рада, что наши мальчишки смогли раскрыться  и оттаять,  перестали быть маленькими ёжиками,  пытающимися защититься  от всех.

Но счастья  не бывает много. В январь  2016 года у нас появилась наша маленькая доченька Ульяна, любимица всей семьи, умница,  мое маленькое кудрявое чудо.

Но пока я бы  хотела вернуться в ноябрь  2015 года. Перед появлением в нашей семье Ульяны мы с мужем решили принять в семью еще одного ребенка. Я  узнала про маленькую девочку Лиду, на тот момент ей было около трех месяцев. Когда я пришла в дом ребенка с направлением, сначала  со мной   общался социальный педагог,  рассказывая о девочке: в свидетельстве о рождении прочерки, мама неизвестна. Затем педиатр: куча диагнозов, зондовое вскармливание, прогнозов никаких. И я струсила: а вдруг девочка так и останется на зондовом вскармливании? И решила пока закрыть этот вопрос. Шли месяцы, не понимая сама почему, я все чаще стала думать о Лидии, понимая, что  я тоже предала её, такую маленькую, беззащитную, даже не дав ей шанса. В один из вечеров, уложив Ульяну,  я рассказала мужу о том, что думаю о Лиде. Сергей сказал мне: «Давай снова собирать документы, у нас  все получится»!

Так в декабре 2016 года в нашей семье стало девять детей. Вместе с Лидой мы взяли под опеку еще и Еву пяти лет. Лида в 1 год и 3 месяца с ДЦП,  и бесконечным списком диагнозов почти не держала голову, не сидела, только грустно смотрела своими огромными глазами. Сейчас  Лидии 1 год и 11 месяцев, наша дочь  сидит, сама встает и делает свои первые шаги. Пусть на своем,  известном только ей одной языке, бесконечно много говорит. Милая моя девочка, как же я ругаю себя за малодушие и трусость, ведь почти целый год ты была там одна! Ева — это маленький вечный двигатель. Когда Ева оказалась в нашей семье, её вес был около 10 килограммов, рост — меньше метра. И снова полный набор диагнозов: ДЦП, умеренная умственная отсталость, компенсированная гидроцефалия, грубая задержка физического и речевого развития, синдром  Клипель — Вейля. Лидия и Ева нашей семье еще совсем недавно, но главное что мы их любим, значит  все буде хорошо!

Вот такая  у нас  большая семья:  папа, мама и девять детей. Старший Григорий живет отдельно, работает  в   полиции. Семья, в которой не всегда все просто и понятно. Мы просто живем, любим друг друга  и радуемся каждому, даже незначительному успеху наших детей. Да,  четверо из детей в нашей семье  с ограниченными возможностями здоровья, но я не люблю это словосочетание, в нашей семье оно не произносится.

Я очень  горжусь своими детьми, и верю: пока мы вместе — мы сила, с которой мы сможем  преодолеть все. Теперь я точно знаю, что сила любви, вера в своего ребенка и долгий и кропотливый труд могут творить чудеса!

Оставить комментарий